Ai edit
Шаманский камень Гвефы — шаманский камень шаманки Айкен Гвефы: тёмно-красный, огранённый, овальный, с шестнадцатью идеально гладкими гранями — будто кто-то сделал его безупречной формы, и с тех пор он её не менял. Красиво бликует; под светом звёзд мерцает где-то в глубине, словно внутри него озеро или море с рубиновым отблеском. На ощупь бывает холодным, но иногда кажется, будто он наполняет теплом.
У Айкен такой камень называют «камнем души наших предков»; он передаётся от матери-шаманки к дочери-шаманке; без него шаманка не может взаимодействовать с миром духов, а сам камень усиливает шамана. По словам Дагара, через такие камни можно общаться с миром мёртвых, но через них же может просачиваться Тёмное Исчадие и его злые духи, в том числе мёртвые.
Камень пропал в ночь смерти Гвефы. Её муж, Шадун, тогда говорил, что к пропаже не причастен и что камень забрали духи. Без камня новая шаманка, Тена, в конце концов покинула племя. Много лет спустя, уплывая в лодке за море, Шадун отдал камень сыну, Дагару, — чтобы тот подарил его своей дочери, — и предупредил: «они» шептали Гвефе, она с этим боролась, но всё-таки умерла; а потом осёкся — может, лучше оставить этот камень вне этого мира. Дагар камень взял.
Что замечал Дагар
Ai edit
Носить камень Дагар стал на шее. По его наблюдениям (см. «Плоды долгой зимы»):
- если держать камень в руках и вслушаться, слышны звуки далёкого леса — и это настоящие звуки; ветер при этом дует как-то по-особому;
- сны стали сниться чаще: он часто оказывается посреди тёмных пространств, где одна за другой загораются звёзды. Однажды ему показалось, что он стоит ночью под звёздами на той же поляне, где уснул, — и проснулся, лишь положив руку на камень;
- звери стали реже его пугаться — впрочем, может быть, это изменился он сам;
- держа камень, он однажды ощутил в порыве ветра чужие ярость и испуг — чувства кого-то живого;
- у лысой горы и в подземном Ли-Аш-Лае он слышал голоса духов, которых не слышала даже шаманка Тена;
- у древа в Ли-Аш-Лае камень светился огнём изнутри, будто в нём далёкая вода, источающая свет; а когда Дагар коснулся тёмно-синего камня на книге из Ли-Аш-Лая, его собственный камень засиял сильнее;
- всматриваясь в камень у древа, где в глубине будто плескалась вода, Дагар погрузился в долгое видение — о человеке в короне, похожем на Ройн А’Дана, о корабле, буревестнике и женщине с острыми чертами лица; видение оборвалось, когда явившийся героям Ройн А’Дан взял его за руку с камнем. Когда Ройн А’Дан заглянул в камень, тот разгорелся невероятно ярко (см. «Плоды долгой зимы»).