Ai edit
Кашдай Толстый — Шевалье Тикони. В рамках приключения Шана, Тары и Олио на него был выдан контракт от Астаро Сарфио — один из трёх контрактов на частицы Шепчущей.
Пузатый мужчина лет 45. Устраивает в своём замке многодневный пир в честь создания союза баронов (сам союз учреждён не здесь и не сейчас — Кашдай лишь даёт пир по этому поводу) и любит выставлять себя чуть ли не главной фигурой этого объединения, хотя на деле завышает своё влияние на происходящее.
На пиру у себя в замке разыгрывает представление со скоморохами: солнце в жёлтом костюме убегает от ребёнка в костюме змея, змей его догоняет и валит — но под костюмом солнца оказывается стройный и величественный Кашдай с фигурками баронов на нитях за спиной и волчьей шкурой на плечах; выхватывает меч, вспыхивающий светом, и отрубает змею голову, объявляя себя избранником «алой девы» (см. Ирраколор) и алого волка. Присутствующий жрец Ирраколор (с акцентом Королевства Золотых Полей) провозглашает тост: «За то, чтобы багровое пламя девы Ирраколор, подобно последней битве, вновь озарило леса Хаулфёльда». В его покоях есть личный алтарь алому волку: 5 камней, на центральном — нарисованные кровью красные глаза, на боковых — потушенные свечи, и золоторогая демоническая фигурка.
Дружен с Алмом Арёни, гостящим у него в Тикони, и подтрунивает над Лефейн на людях. Вступил в союз баронов — упомянут как адресат в письме Алтира Сунона.
По словам Фои, суеверен. Раньше был затворником; в самом Тикони особой торговли нет.
Задушен Тарой ночью в собственной спальне с помощью кнута после тяжёлой борьбы.
Переписка Кашдая и Лефейн
Ai edit
Кашдай пишет Лефейн неотправленное письмо: «Лефейн, заканчивай бояться сказок. Все эти кошки - херня, а Арвелю просто повезло у Сарфио. Собери свои сопли и перестань мне грозить. Я к тебе сам приеду и надеру задницу, если не угомонишься. Мы же теперь альянсные. Ну бароны, знаешь, так что рёбра я тебе конечно не переломаю, но и ты мне зубы не выбьешь. Лучше возьми уже гадюшник и приезжай кутить в Тикони или я к тебе приеду, спою всех девок при твоём дворе и хорошенько их трахну».
Лефейн, в свою очередь, писала Кашдаю: «Ты просто дурачок, ты не понимаешь, что есть вещи сильнее тебя. И я страшусь, что золотые людо-коты - знамение Шепчущей или Золотого Демона. Может коты - золотая цена за наши жизни, за жизнь всего леса? Может ничтожество - её инструмент? Но как тогда он смеет себя называть ТАК? Даргер и Альвик писали, что он собрал у себя посланников от всех, от неё тоже. Может мы прогневали духов? Может это и есть конец всего и сумрак мира? А тебя когда-нибудь проучу, жирдяй, за то что гневаешь Тишь лесов своими алко-охотами… Но… Нет, только бы не гнев духа из прошлого, не может же ОН быть посланником?…»